buividas333 (buividas333) wrote in moe_net,
buividas333
buividas333
moe_net

Три варианта будущего России

Оригинал взят у buividas333 в Три варианта будущего России
Впервые за шесть лет 1-е место по доходам заняла не жена вице-премьера Игоря Шувалова Ольга или супруга замдиректора ФСКН Владимира Каланды, вице-президент «Роснефти» Лариса Каланда, а малоизвестная жена генерал-полковника, замдиректора ФСКН Михаила Кийко. В прошлом году ее доходы выросли более чем в 10 раз до 548 млн руб. Дальше пишет Леонид Косалс (на фото). Кто он такой? Леонид Янович Косалс (р. 1956) - экономист, социолог, специалист по социально-экономическому развитию постсоветской России и экономической социологии, профессор кафедры экономической социологии ГУ ВШЭ. Научное исследование привожу в усеченном виде. Вам же интересно узнать, какое продолжение получит сегодняшний день? На мой взгляд, в теории Косалса имеется достаточно много любопытных умозаключений.
Определенные концепции капитализма есть и для развивающихся стран. Одна из самых известных - это концепция так называемого crony capitalism, или «капитализма для своих», разработанная применительно к условиям Латинской Америки. В ней сделан акцент на устойчивых связях между государственными чиновниками и фирмами, которым первые оказывают покровительство и предоставляют всяческие преференции. В работах, посвященных «капитализму для своих», показано, что эта модель менее эффективна, чем либеральная модель, и подрывает стимулы к инвестициям и инновациям[3].
leon-photo

При том что элементы «кронизма» в России, безусловно, существуют, полной аналогии между российской и латиноамериканской моделями нет - «кронизм» всего лишь одна из специфических черт российской социально-экономической системы. Российский капитализм исследователи называют по-разному: бюрократическим[4], кремлевским[5], потемкинским[6] и так далее, делая акцент соответственно на роли бюрократии, влиянии высших руководителей на идущие процессы, фиктивном характере многих возникших институтов.
При всей важности этих черт для возникшей в России системы, на мой взгляд, ее специфику и отличия от других видов капитализма определяют основные действующие субъекты - кланы и характер взаимосвязей между ними. Поэтому я предлагаю называть эту систему клановым капитализмом.
Термин «клан» касательно политической и экономической жизни страны весьма широко применяется в медиа, реальных деловых отношениях, при проведении конкретных политических расчетов. Однако он практически не проработан в научной литературе. Также нет и анализа системы, в которой кланы занимают центральное место.
Основные черты системы
Итак, кланы, будучи главными действующими лицами сложившейся системы, представляют собой закрытые теневые группы бизнесменов, политиков, бюрократов, работников правоохранительных органов, иногда представителей организованной преступности, объединенных общими деловыми интересами и неформальными отношениями, в противоположность системе, где главную роль играют независимые предприниматели, конкурирующие между собой. В границах клана неформальные внутригрупповые нормы и правила поведения играют более существенную роль, чем формальные законы, и несоблюдение первых карается гораздо более серьезно, чем нарушение вторых.
Важнейшей чертой такой системы является становление особого «кланового государства», основная функция которого состоит в обеспечении благоприятных условий работы крупнейших кланов, создание им преимуществ перед всеми другими участниками политической и экономической жизни. В этой связи речь обычно идет о «коррупции», взятках, откатах и других нарушениях законов. Однако в России эти явления приобрели характер системной черты, суть которой - создание условий для конвертации различных ресурсов, находящихся в распоряжении кланов.
С этой чертой тесно связана другая - особый российский «кронизм», включающий номенклатурное (бюрократическое) предпринимательство, когда роли чиновника и предпринимателя четко не отделены друг от друга и зачастую их одновременно исполняют одни и те же люди. Речь идет не просто о покровительстве со стороны чиновников каким-то фирмам, которые особо дороги их сердцу, как в некоторых странах Латинской Америки, Юго-Восточной Азии или в других частях света, где эти роли более или менее четко разведены. В российском случае - это появление «оборотней в костюмах», которые, с одной стороны, регулируют и контролируют какую-то сферу деловой жизни как «государственные люди», а с другой - делают в этой же сфере деньги как частные бизнесмены.
Четвертая черта кланового капитализм в России - постсоветский монополизм, который носит преимущественно нерыночный характер. Монополизм может возникать в любой капиталистической системе как естественное следствие работы рыночного механизма. Он прежде всего связан с появлением больших, эффективно работающих фирм, которые отвоевывают значительную долю рынка, побеждая своих конкурентов за счет более низкой цены, более высокого качества продукции и так далее. Негативные последствия таких «рыночных успехов» хорошо известны, и так же хорошо известно, как с ними бороться, применяя антимонопольное законодательство. Но в ситуации кланового капитализма, характерной для России, монополия в основном возникает не в результате рыночных успехов частных фирм, а вследствие деятельности самого государства, точнее, тех самых «оборотней в костюмах». Недаром, по данным главы Федеральной антимонопольной службы России Игоря Артемьева, 52% всех дел, связанных с нарушением правил конкуренции, возбуждаются против государственных чиновников[7]. Преследуя собственные деловые интересы, эти «оборотни» могут (и часто делают в реальности) произвольно передать государственные заказы «своим» фирмам, уменьшить число субъектов рынка силовыми методами (проверки контролирующих органов, возбуждение уголовных дел, отказ в выдаче лицензии) или издать распоряжение, обязывающее госорганы содействовать «своей» фирме[8].
И, наконец, важнейшая черта кланового капитализма - институционализация теневой экономики, укоренение ее в деловых отношениях практически всех субъектов, от мелких семейных фирм до органов власти всех уровней[9]. По имеющимся оценкам, в странах с переходной экономикой теневая часть составляет примерно четверть валового продукта, в России она достигает 40-50%, тогда как в развитых странах, входящих в Организацию по экономическому сотрудничеству и развитию (ОЭСР), она составляет приблизительно 15%[10].
Все эти черты тесно связаны друг с другом: так, для нормальной работы кланов с их скрытой от общественности жизнью необходима теневая экономика, дающая возможность следовать неформальным правилам поведения. Бюрократическое предпринимательство порождает монополизм и ведет к тому, что чиновники «вышибают» с рынков или оттесняют на периферию, в низкоприбыльные сектора, «чужие» фирмы, создавая монополию из «своих» компаний. Это возможно только в условиях особого «кланового государства», сращенного с наиболее мощными группами влияния и дающего им зеленый свет. При этом клановый капитализм в России - это целостная система, по поводу которой возникло относительное социальное согласие влиятельных в обществе сил, не заинтересованных менять сложившийся порядок.
Клановость в этом случае - это способ разрешения частных и общественных проблем, поиск и принятие решений не в соответствии с формальными правилами и законами, а согласно неформальным нормам или реальному «весу» (соотношению влияния и ресурсов) того или иного клана или персоны. Более того, законы здесь работают только в том случае, когда касаются рутинных ситуаций и «маленьких людей», которые не затрагивают чьих-либо значимых интересов. В противном случае в дело вступают механизмы неформальных согласований или даже «клановых войн». Тогда решения «продавливаются» в ходе более или менее ожесточенных схваток, а по форме могут как «соответствовать закону», так и, что случается часто, противоречить ему.
Чтобы понять, как работает эта система, нужно внимательнее присмотреться к факторам, обеспечивающим кланам вольную жизнь.
Как устроены кланы
Мне кажется, что термин «клан» действительно лучше всего подходит для обозначения закрытых деловых групп, тем более что именно такое обозначение стихийно сложилось в нынешней России.
Вообще же, термин «клан» пришел из антропологии, где его используют для обозначения группы кровных родственников, имеющих общего реального или мифического предка. Клан обычно включает несколько семей (групп семей), некоторые кланы имеют признанного лидера - «вождя». Антропологи изучали и изучают кланы в «примитивных» и современных (реже) обществах в Шотландии, Ирландии, Скандинавии, Японии, Китае и многих других странах.
Применяется этот термин и для описания проблем в странах с формирующейся рыночной экономикой - в Венгрии, России, Китае[11]. В данном случае «клан» понимается как деловое сообщество, цель которого состоит в получении прибыли. Независимо от того, включает он родственников или нет, деятельность клана направлена на получение дополнительного дохода, захват новых рынков и активов. Российские кланы обычно состоят из бизнесменов, чиновников, правоохранителей, иногда включают бандитов. Члены семей далеко не всегда входят в кланы в качестве реальных действующих лиц. Скажем, клан Лужкова включал родственников, а клан Ходорковского таковых не включал.
Стратегические цели клана - накопление ресурсов, расширение власти и влияния в определенной сфере деятельности (нефтяной отрасли, торговле и других). Каждый клан стремится достичь стабильного положения и контролировать свою внешнюю среду, создать благоприятные для себя социально-экономические и политические условия деятельности, по возможности - добиться монопольного положения. Конкретные тактические цели зависят от текущей ситуации и могут заключаться в захвате ценных активов, продвижении своих людей в федеральные или местные законодательные органы власти, инвестировании в новую технологию, получении важного правительственного поста, устранении конкурентов или бывших деловых партнеров.
Кланы - это закрытые деловые сообщества, которые берегут информацию о своей деятельности и своем устройстве как от общественности, так и от государства. Большая часть сведений, которая оказывается известной, раскрывается в ходе клановых войн, когда конкурирующие группы распространяют их в прессе или Интернете.
Члены клана связаны близкими дружескими отношениями. В противоположность формальным организациям здесь они базируются на личных обязательствах и зависимостях. Конечно, неформальные отношения существуют в организациях во всем мире. Специфика же кланов состоит в том, что здесь подобные отношения не являются простым дополнением, их роль важнее формальных норм, официальных законов и инструкций. Влиятельный клан имеет много возможностей защитить своих членов, нарушивших формальный закон, но жестоко преследует тех, кто нарушает неписаные правила собственного сообщества.
Неформальные отношения в рамках кланов сопровождаются очень высоким уровнем личного доверия и симпатии. Иногда о них говорят как о «семейных», подчеркивая особо доверительную психологическую атмосферу и высокий уровень внутренней сплоченности. Безусловная лояльность к группе и безоговорочная поддержка отдельных действий - обязательная норма внутриклановой жизни. Оборотная сторона - настороженность и даже враждебность по отношению к «посторонним», то есть к не-членам клана. Такая система, наряду с простыми материальными стимулами, дополнительно создает мощную неформальную мотивацию. Принадлежность к «команде», ощущение ее поддержки и расчет на помощь в сложные моменты может с лихвой компенсировать отсутствие работающей формальной системы социальной защиты.
Вождь - харизматическая личность для членов клана, обладающая для них непререкаемым авторитетом. Он определяет положение всех ключевых фигур, которое зависит от степени близости к нему. Он лично набирает свою команду, каждый член которой связан с ним множеством неформальных личных обязательств. Он также формирует систему неформальных норм и правил, по которым протекает внутренняя жизнь клана, зависящая прежде всего от личных привычек и ценностей, а не формальных законов. Условно, если вождь работает до двух часов ночи, то и все остальные члены группы задерживаются на работе, невзирая на Трудовой кодекс.
Лидер обладает всей полнотой формальной и неформальной информации о деятельности клана. Остальные, даже высокопоставленные персоны, как правило, владеют ею только частично, касательно своего участка деятельности. Одновременно лидер контролирует все сколько-нибудь важные внешние отношения с другими бизнес-кланами, чиновниками, депутатами, правоохранительными органами, преступными группировками. Зачастую только лидер является известной фигурой для большинства деловых партнеров клана, исполняя роль его единственного легитимного представителя. Большинство других членов могут быть практически никому не известны.
Столь уникальное положение вождя не только обеспечивает ему контроль над кланом, но и определенным образом защищает от «дворцового переворота». В условиях полного контроля лидера над внутренней жизнью и монополии на внешние связи «цареубийца» зачастую просто не сможет воспользоваться плодами переворота.
Однако в положении лидера как «любимого руководителя» и «незаменимого вождя» заложена и главная слабость клановой структуры. В отличие от формальной организации в случае внезапной смерти или болезни вождя клан часто перестает существовать или радикально ослабевает, поскольку вся система неформальных отношений замкнута на лидера, все ключевые фигуры зависят прежде всего от него. И очень часто, когда этот стержень исчезает, клан разваливается в результате ожесточенной борьбы за власть между ключевыми фигурами. Один из способов предотвратить такой исход - назначение вождем преемника. Чтобы стать полноценным лидером, он проходит период социализации, когда его должны признать основные партнеры и ключевые фигуры внутри самого клана. Подобные процедуры имеют место не только в высших эшелонах власти, но и в клановых структурах всех уровней - от сельского кооператива до больших промышленных холдингов.
Каждый клан - это иерархическая структура. Как и в любой общественной группе, социальный порядок здесь поддерживается системой стимулов и санкций. Наиболее сильная мотивация - продвижение вверх по иерархии на пост, который предполагает более тесные отношения с лидером. Более тесные отношения символизируют более высокое положение в клане, что означает и более высокий доход, и престиж. За проступки же (нарушение групповой этики прежде всего) в этой системе имеется множество наказаний, от мягкого бойкота до изгнания из клана и даже физического насилия.
Продвижение в этой структуре осуществляется с учетом двух критериев: лояльности к вышестоящему (прежде всего - вождю) и профессионально-деловых качеств. Именно соотношение этих критериев в конечном счете во многом и определяет эффективность работы клана. Здесь можно говорить о двух основных вариантах: первый - при минимально необходимом уровне лояльности основную роль играют деловые качества, и тогда вперед выдвигаются умеренно лояльные профессионалы; и второй - при минимально достигнутом уровне квалификации продвигаются лояльные, тогда наверх «всплывают» лояльные посредственности. Во втором случае система становится в целом менее эффективной.
Не коррупция, а конвертация ресурсов
В описываемой системе капитализма можно говорить о формировании кланового государства, наиболее значимые позиции в котором занимают представители самых крупных и влиятельных кланов и которое функционирует прежде всего в их интересах. Здесь нет четкого разграничения, где кончаются кланы и начинается государство, - одни и те же люди входят в определенные группы и занимают те или иные государственные посты[13].
Следствием такой ситуации становится возникновение системы конвертации ресурсов, находящихся в распоряжении кланов, - важнейшей черты модели кланового капитализма.
Мощные кланы владеют по меньшей мере тремя видами ресурсов:
1. экономическими, то есть активами предприятий разных отраслей, финансовыми ресурсами, аккумулированными на счетах в банках, иными ценностями (произведениями искусства, драгоценными металлами и так далее);
2. административно-политическими, то есть контролем над различными органами власти, их подразделениями и отдельными должностями в исполнительных и законодательных органах власти;
3. силовыми, то есть контролем над рычагами официального и неофициального насилия: правоохранительными органами, судами, частными охранными агентствами, организованными преступными группировками.
В условиях конкурентного капитализма (США, европейские страны, Япония) эти ресурсы не являются конвертируемыми. Иначе говоря, богатым предпринимателям формально и неформально не разрешено покупать за деньги должности, а госслужащим - иметь свой бизнес. И хотя иногда подобные вещи там и происходят, они носят характер отклонения от нормы, являются по меньшей мере нарушением принятых этических стандартов и соответствующим образом оцениваются обществом. Все это формально не разрешено и в России. Однако в России де-факто сформировалась неформальная крупномасштабная система конвертации ресурсов разного типа. В нее включены, разумеется, не все, а только относительно мощные кланы, обладающие значительным социальным весом, который определяется объемом перечисленных выше типов ресурсов. Федеральные и региональные «тяжеловесы» включены в эту неформальную систему и могут де-факто оперативно и эффективно осуществлять соответствующие действия.
Как происходит эта конвертация? Здесь существуют два основных института, которые ее регулируют. Первый - это так называемые «крыши», включающие в себя группы чиновников и/или правоохранителей, играющих три роли: 1) патронов, 2) агентов влияния деловых людей, 3) предпринимателей (партнеров деловых людей)[19]. Второй институт включает в себя множество специфических теневых рынков, которые существуют в форме устойчивых связей между потребителями и поставщиками соответствующих услуг: чиновников, обеспечивающих доступ к участию в государственных закупках; полицейских, открывающих или закрывающих уголовные дела или осуществляющих «наезд» на конкурента; судьи, выносящего решение, выгодное рейдеру. «Крыши» используют в своей деятельности эти рынки, оказывая специфические услуги деловым людям. И в то же время деловой человек помимо всякой крыши может обратиться к судье или полицейкому с просьбой оказать соответствующую услугу за плату.
Насколько масштабными являются такие рынки? Возьмем, скажем, госзакупки. Размер соответствующего рынка, по оценкам сотрудника российского антимонопольного ведомства Михила Евраева, составляет более 12 миллиардов долларов, или приблизительно 15% всех госзакупок[20]. При этом, например, один компьютер обходился федеральному бюджету более чем в 6 тысяч долларов, а региональным в полтора раза дешевле - более чем в 4 тысячи. В это время цены на рынке составляют в среднем не более 500-600 долларов[21].
Другой пример - рынок полицейских услуг, который в начале 2000-х годов был не менее 3 миллиардов долларов в год[22], а сейчас, видимо, достиг величины не менее 10 миллиардов (если рос такими же темпами, как и остальные сектора подобных рынков). Он является гораздо более массовым, «демократическим» по сравнению с теневым рынком госзакупок, на который попасть могут только относительно немногие. Рынок полицейских услуг включает в себя как бизнес-активность самих полицейских, спектр которой очень широк (от поборов на дорогах и крышевания рынков розничной торговли до операций на рынках недвижимости), так и выполнение «сторонних» заказов - открытие или закрытие уголовных дел, поиск пропавших деловых партнеров, выбивание долгов и так далее.
Как мне кажется, в близкой перспективе могут возникнуть три разные варианта трансформации системы.
Вариант первый - создание капиталистического общества подобно существующему сейчас в Восточной Европе. Для этого при сохранении основных элементов клановой структуры будут необходимы демонтаж системы конвертации ресурсов, а также масштабная демонополизация и разделение сформировавшихся сверхкрупных государственно-частных компаний.
Вариант второй - создание агрессивного политического режима на базе идей радикального национализма и православного фундаментализма при дальнейшем ограничении экономических свобод и огосударствлении большей части экономики. Тогда можно будет ожидать попыток восстановления империи с помощью военной силы на территории той или иной части бывшего СССР.
Вариант третий - распад России на ряд более мелких (хотя и достаточно больших по территории) государств. В этом случае можно ожидать несколько локальных гражданских войн и постепенное становление новых государств в течение восьми-десяти лет, когда в принципе могут быть решены основные вопросы нового территориально-государственного устройства.
В нынешней России есть «зародыши» всех трех вариантов. Какой из них осуществится в реальности, во многом зависит от сложившейся клановой системы, степени ее устойчивости и способности к переменам. За каждым из этих вариантов в конечном счете стоят те или иные политические и экономические группы. Реализация различных путей развития зависит не только от самого общества (и, к сожалению, не столько от него), но и от активности и дееспособности этих групп, от того, будут ли они иметь реалистичную программу развития страны и насколько большие ресурсы они смогут мобилизовать в момент обострения потенциального системного кризиса.
http://magazines.russ.ru/nz/2006/50/ko17-pr.html
А теперь отдохните от тяжелых раздумий. Посмотрите мое 4-минутное смешное кино. Фильм-комикс: http://www.youtube.com/watch?v=SACxY0f_ECw
Tags: Без дела жить - только небо коптить
Subscribe
promo moe_net february 23, 2013 16:38 19
Buy for 50 tokens
НЕ сомневайся - все средства от размещения постов в промо-блоке сообщества НЕ равнодушных совсем НЕ испортятся и НЕ пропадут. Мы их НЕТ-НЕТ ДА И потратим ! НЕ обязательно на рекламу сообщества. НЕ исключено, что хватит оплатить платный аккаунт. НЕ скупись творить добро ! НЕ проходи мимо ! НЕ…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments